Иза Кремер, Сара Горби


Иза Кремер, Сара Горби - Русская песня в изгнании

«В далекой знойной Аргентине,
Где небо южное так сине…»

Голоса этих певиц, их манера чем-то неуловимо, на уровне ощущений, схожи. Да и биографии, пусть и разделенные во времени десятком лет тоже.
Первая – Иза Яковлевна Кремер родилась в 1889 году в Бессарабии, позднее семья перебралась в Одессу. Не обладая солидным достатком, ее «бедные и не очень грамотные родители» сумели разглядеть в дочери явные способности к пению и отправили юную девушку учиться вокалу в Италию. Вернувшись в конце 1911 года на родину, зимой 1912 юная актриса дебютирует на сцене. Но подлинный успех пришел лишь несколько лет спустя, с уходом из оперного театра и началом сольной карьеры на эстраде. Она прославилась как исполнительница легких жанровых вещиц – «музыкальных улыбок». Ее творчество перекликается с «печальными песенками» Вертинского. Подобно Александру Николаевичу Иза Кремер часто являлась и автором исполняемых шансонеток, а иногда просто переводила французские, итальянские, испанские куплеты на русский язык. Бурные овации и восторженные крики поклонников заглушили раскаты выстрела «Авроры» - в 1920 году певица вместе с мужем отплыли в Константинополь. Первое время в эмиграции она выступает в клубе, принадлежащем Юрию Морфесси, но вскоре покидает заведение, разругавшись с хозяином. «Однажды у нас был особенно парадный вечер» - пишет в книге воспоминаний Морфесси – «были французские, английские, американские адмиралы, был почти весь штаб командующего союзными силами… Настроения в этой среде были явно монархические… По требованию публики оркестр исполнил русский гимн.
Все встали как один человек. Все, за исключением Изы Кремер. Она демонстративно продолжала сидеть…» Офицеры и прочие гости были до крайности раздражены происходящим. Юрий Спиридонович подошел к певице со словами:
«До ваших политических убеждений мне нет никакого дела, но хотя бы потому, что вы являетесь сотрудницей этого предприятия, вам следовало бы встать, чтобы не быть объектом возмущения всех наших гостей. До сих пор я не верил, что в Одессе, во дни большевиков, вы пели в местной чрезвычайке, одетая во все красное, но после того, что произошло, я не сомневаюсь, что это было именно так… Сейчас же, сию минуту потрудитесь покинуть зал. Прошло много лет, и я ни на один миг не жалел о моем поступке, хотя тогда же, в Константинополе, он мне дорого обошелся…»



Расставшись с «царским любимцем» Иза Яковлевна перешла в кабаре «Стелла», рядом с которым Юрий Спиридонович некоторое время спустя открыл свое кафе-шантан.
«И вот на нас последовал донос. Мне передавали, будто это произошло не без участия Изы Кремер…» - заканчивает воспоминания Морфесси.
После недолгого пребывания на берегах Босфора актриса едет в турне по европейским столицам, но в середине 20-х обосновывается в США. Приятный голос и интернациональный репертуар позволяют ей стать звездой бродвейских мюзиклов. В Нью-Йорке она записала несколько пластинок с русскими песнями, которые исполняла во время многочисленных и очень успешных гастролей по всему миру. Видимо, заработав приличное состояние, в конце 30-х актриса принимает решение прекратить музыкальную карьеру. Но пятнадцать лет спустя, зимой 1943 года, Иза Кремер вновь выйдет на большую сцену, больше которой и придумать, вероятно, нельзя, правда, всего лишь на один вечер.
Вспоминает Вадим Алексеевич Козин: «В начале декабря 1943 года в Тегеране состоялась встреча глав правительств антигитлеровской коалиции – СССР, США и Великобритании. В те дни отмечался день рождения английского премьера Уинстона Черчиля, который видимо хорошо помнил свои впечатления от концертов Кремер в Лондоне, и поэтому пригласил певицу… Она выступала в «строгом черном платье, отороченном белым мехом, и пела песню о России. И надо было слышать, сколько тайной, непреходящей горечи звучало в ее словах:

«Ни пути, ни следа по равнинам,
По равнинам безбрежных снегов…
Не добраться к родимым святыням,
Не услышать родных голосов…»

Больше перед публикой Иза Яковлевна никогда не выступала. Расставшись с первым мужем И.Хейфецем, она связала судьбу с аргентинским врачом и общественным деятелем Берманом и перебралась на родину супруга. Скончалась Иза Кремер в городе Кордова, в Аргентине, летом 1956 года во время сборов к поездке в СССР.
Другая певица, которую я назвал «наследницей» Кремер – это Сара Горби. Она тоже родилась в столице благодатного солнечного края, в Кишеневе, в 1900 году,
в небогатой еврейской семье. Ее настоящая фамилия – Горбевич. Подобно многим из славной когорты молдавско-бессарабских уроженцев, она стала невольной эмигранткой, оказавшись после заключения большевиками Брестского мира гражданкой Румынии. Подвижник жанровой песни и крупный московский коллекционер Н.Овсянников делает в своих исследованиях предположение, что юная Сара имела все шансы присутствовать на концертах Изы Кремер, чье имя «гремело» в ту пору в России, а особенно в ее южных областях. Давайте помечтаем и согласимся с этим. Действительно ведь слышны общие нотки «с белорусским акцентом» на их пластинках.



Карьеру профессиональной певицы она начинает в Румынии, позднее много ездит по свету, становится фактически «гражданкой мира». В ее репертуаре русские песни, композиции на идиш и других языках. Первая пластинка, куда вошли восемь известных русских вещей, вышла в 1946 году в США. Аккомпанирует певице на этом диске гитарист Николай Сергеевич Орловский.
«В годы Гражданской войны Н.С.Орловский командовал артиллерийской дивизией Белой армии в звании генерала. Свою музыкальную карьеру начал в Европе, затем перебрался в США, а вскоре после войны вслед за Сарой Горби переехал в Париж, где выступал в баре-ресторане Смирнова «Шель-Николя» и был одним из лучших русских гитаристов. Ни с кем, кроме Сары Горби, Орловский на долгоиграющие пластинки не записывался. В октябре 1961-го, когда Сара находилась с гастролями в Южной Америке, он скоропостижно скончался, будучи отравлен» - пишет Н.Овсянников.
На волне успеха дебютной записи Сару приглашают с выступлениями в немецкие лагеря для перемещенных лиц, откуда она регулярно шлет «путевые заметки» для европейских газет. Тем временем, к власти в родной Бессарабии приходят коммунисты, начинаются гонения на интеллигенцию и еврейскую диаспору и актриса перебирается в Париж, где приходиться начинать карьеру практически с нуля. Талантливая и яркая Сара Горби быстро завоевывает признательность искушенного слушателя, записывает новые диски.
В 1960 году артистка отправляется в длительное турне по Латинской Америке. «В любимой Аргентине ее встречали многотысячные поклонники в русской и еврейской общинах… Популярность была такова, что в этой стране, плотно окутанной магией танго, выходит долгоиграющая пластинка ее песен и романсов «Русская таверна», мгновенно распроданная и в настоящее время являющаяся раритетом высшей пробы».
Через несколько лет успешных гастролей Сара вернулась в Париж, где и умерла в начале 70-х годов.
Она была одной из первых «запрещенных» певиц, чей голос зазвучал в послевоенном Союзе, увлекая своими звуками в мечты о «далеких огоньках» «чужих городов».